Трое и боги [= Трое и Дана] - Юрий Никитин

По пятам бежал серебристый ручеек. Ежели заполнит, широкийров с водой станет неодолимой преградой для степной конницы!

Мрак пытался подняться, падал, наконец ухитрился сесть,опершись на локти сбитыми в кровь руками. Две гигантские фигуры, зверя ичеловека, почти исчезли за виднокраем, а за ними остался вал – выше лесастоячего! – свежеподнятой земли. Ни пешему, ни конному не одолеть.

По всей Степи блестело брошенное оружие, тряпки, плащи.Войско Ящера разбегалось, прыгало в щели, исчезало в дыму. Фигуры Ящера иТаргитая еще не успели скрыться за виднокраем, а в Степи остались только Мрак иОлег да малые отряды, что сумел созвать Аварис на смертный бой. Теперь шумноликовали, добивали раненых противников, догоняли и сбрасывали чудовищ в щели.

По спине Мрака бежали мурашки. Таргитай совершилнеслыханное: перегородил Степь. Ни войско Ящера, ни конница степняков уже непоскачет как ветер. Сперва надо одолеть глубокий и широкий ров ледяной воды изподземных ключей: корчи схватят как разгоряченного скачкой коня, так ивсадника. А потом долго карабкаться вверх пешим. Но что стоит степняк без коня?

Ободренные неожиданной защитой земляного вала, с этойстороны подтянутся землепашцы. Выставят стражу, укрепят кольями, будут нестинеусыпную сторожу. Степняк только с налету страшен!

Дожди и ветры за века сгладят эти Змиевы Валы, ноземледельцы плодятся куда быстрее степняков. Их только одно-два поколения невырезать нещадно, не уводить в полон, а там уже сами защитят свои земли –отныне ихние! – от кого угодно. Частокол по верху вала, сторожевые башенки,заготовленные кучи камней, бочки с кипящей смолой и варом… Без коня степняксразу теряет звериную силу, пусть карабкается вверх пешим. Уцелевших от стрел икамней встретят поляне грудь в грудь. Не надо быть волхвом, чтобы увидеть, како стойкое мужество земледельца, которому некуда отступать со своей земли,разобьется звериная ярость степняка-кочевника!

– Волхв, – сказал Мрак сипло, сам удивился своему севшемуголосу, – ты хоть что-нибудь понимаешь?

Олег, измазанный кровью и землей, без сил лежал наразрыхленной земле. В зеленых глазах были страх и изумление.

– Не больше тебя.

– Но ты ж волхв!

– Здесь не магия, Мрак… Здесь боги.

Мрак вытаращил глаза.

– Боги… А кто еще?

– Таргитай.

Мрак едва не упал снова.

– Наш дурак?

– Да, Мрак. А что дурак… Боги только неизмеримо сильнее нас,а мудрость при силе необязательна. Ну, ты ж знаешь…

Мрак недоверчиво качал головой:

– Конечно, с Ящером справиться мог только бог. И неслабенький! Но почему не видели в Таргитае бога раньше? Нет, Олег, ты сам себязапутал. Таргитая могли убить сто раз. А как его ранили? И бивали даже бабы.Ежели его куры лапами могли загрести, то какой же он бог?

Далеко на виднокрае движущиеся фигурки уже пропали. Чернел,постепенно истончаясь, гигантский вал.

– А ежели стал богом только сейчас? – предположил Олег, ноуверенности в голосе не было. – Раньше не был, а сейчас стал?

Мрак хмыкнул:

– А так бывает?

– Нет, – признался Олег. – Род даже людей новых не творит. Ауж богов – подавно.

От гигантского вала несло прохладой. Комочки землишевелились, скатывались на дно глубокого рва. Высоко в небе испуганно закричаластая гусей: ни они, ни их прадеды не видели такую Степь. Какие силы разделилиСтепь, обозначив границу земляным валом?

Мрак поднялся, тряхнул плечами. Боль медленно уходила,истерзанное тело уже зализывало ссадины, ушибы. Но пришла другая боль, которойраньше не знал.

Олег встал рядом, лицо было потерянное. Плечи обвисли, вовсей фигуре была такая безнадежность, что Мрак буркнул:

– Ты чего?.. Вот даже дубинка при тебе.

– Мрак, ты не понимаешь?

Мрак приложил ладонь козырьком. Голос дрогнул:

– Похоже… возвращаются…

С другой стороны появилась темная точка, превратилась впятнышко. За ним тянулась черная ниточка. Олег всматривался долго, наконецрассмотрел темно-зеленого зверя, что едва полз, царапая когтями землю. За нимпоказалась человеческая фигурка.

– Идут сюда, – сказал Мрак бесстрастно. – Надо убраться всторону. Растопчут, как муравьев.

Олег с дрожью всматривался в гигантского зверя, за которымшел, налегая на Меч, гигантский человек. Впрочем, человеку не дано отгородитьсамую плодородную часть Степи чудовищным валом. Конному скакать вдоль не однунеделю, а пешему не пройти и за лето!

– Нет, – сказал он без уверенности. – Если я угадал, тоТаргитай остановит Ящера во-о-он там.

– А если не остановит?

– Тогда нам будет все равно.

Таргитай с усилием налегал на рукоять Меча. Далеко-далекорассмотрел домики: соломенные крыши, беленые стены, зеленые квадратыогородиков…

По мере того как подходил, рассмотрел даже крохотные фигуркилюдей. Мужчины выскочили с рогатинами, женщины удерживали детей.

– Двигайся, – прохрипел Таргитай, – а то хребет перебью…

Ящер тащился все медленнее. Таргитай выдернул очереднойпрут, огрел бога-зверя. Роговые пластины хрустнули, гребень лопнул, каксосулька. Ящер вздрогнул и дернулся в сторону.

Таргитай молча ударил снова. Несокрушимые пластиныразлетелись с треском, брызнула кровь. Ящер взревел так люто и страшно, чтонарод на околице зашатался, многие упали на колени.

Борозда превратилась в гигантский ров, затем – в исполинскоеущелье. Теперь он сам видел, что разве что птица перелетит, но не конники,привыкшие к ровной, как стол, равнине.

Вал земли поднимался из-под острейшего лезвия, изгибался подярким солнцем и величаво ложился на край невиданного рва. Красная глинатрещала, рассыпалась крупными комьями.

Ящер хрипел, земля дрожала под его тяжелыми лапами. КогдаТаргитай оглянулся, село осталось даже за виднокраем, а впереди показалсянебольшой лесок. Таргитай взял чуть левее, чтобы оставить лес целым, а когдаоглянулся снова, уже и лесок скрылся за краем земли.

Из широких, как пещеры, ноздрей Ящера вместе с паром началивылетать клубы дыма. Затем пар исчез. Дым от синего менялся к черному.Замелькали искры. Их стало больше, наконец, уже целые снопы искр летели изноздрей!

Таргитай стиснул челюсти. Искры летели злые, победные, ужене искры – факелы! Те самые, что поджигали дома мирных полян, жгли их посевы…